Дивный Хоббит.

Следующая порция литургики.

Итак, поехали, приступаем собственно к теме. Тема, правда, будет весьма невнятна - не столько складывание современного литургического канона, сколько то, что творилось и писалось вокруг него. Впрочем, начинать следует с самого начала.
Итак, поначалу у христиан богослужение было не в пример проще нынешнего. Собирались на общую трапезу, читали какие-то тексты из пророков, молились какими-то своими, еще не зафиксированными каноном словами, пели псалмы и причащались. С тех, первохристианских времен сохранилось не так много - несколько молитвенных формул, несколько почти по неузнаваемости измененных моментов.
Постепенно совместная трапеза отделялась от совершения литургии, богослужение оформлялось, тексты молитв дополнялись и закреплялись, разумеется, писались новые. В 4 веке, когда христианство стало государственной религией Византии, мы видим уже достаточно оформленное богослужение (оформленное, но продолжающее усложняться, обрастать новыми элементами, символикой, только что сочиненными текстами) и довольно развитую традицию христианской гимнографии да и просто дидактической поэзии христианского толка.
Вот о четвертом веке мы немножко и поговорим.
Удивительное время, потому что переходное. Античная, языческая культура еще не умерла, христианская только-только складывается, все это варится в одном огромном котле, переплетается самыми причудливыми способами. Старые литературные жанры исчезают, появляются новые, изменяются сами языки (греческий язык Иоанна Златоуста - это не Гомер, латынь Августина - это не латынь Цезаря), изменяется способ писать стихи (как раз примерно тогда поэты оценили кайф рифмы, античная греческая и латинская поэзия таких украшательств почти не знала), изменяется менталитет. Со стороны эти века кажутся каким-то полным и окончательным хаосом. То ли еще Римская империя, то ли уже Византия, то ли античность, то ли средние века…. но в общем люди моего поколения, которые выросли в России и ничего, кроме непрерывной "перестройки" не застали, способны оценить кайф этих времен. А христианам, оказавшемся сейчас во вполне языческом окружении (что в фендоме, что в реале) тоже полезно вспоминать опыт тех лет (и не только порушенные языческие жертвенники, но и то, как язычников обращали прежде всего любовью). Вот вам пример: "отцы церкви" Григорий Богослов и Василий Великий (мы сейчас как раз о них будем говорить - оба вполне гениальны и в литературном отношении тоже, а Григорий поэт в самом настоящем и современном смысле) учились в Афинской Академии. Четвертый век, напоминаю. Учатся - и христиане и язычники. Учат - и христиане и язычники. Устраивают софические диспуты, спорят до хрипоты - но еще никто никого не гнобит.
3-5 века - это еще и века активного литургического творчества. Это сейчас у католиков употребляется в основном Римская Месса, у православных - литургия Иоанна Златоуста. А в принципе "литургий" этого времени - десятки ( и сейчас их периодически систематизируют по разным принципам). К этому моменту почти в каждом крупном христианском центре сложилась своя традиция. Все, разумеется, имели общую основу, ряд сходных текстов, но в деталях различались. На западе к этому моменту складываются "Миланская литургия свт. Амвросия", "Галльская литургия" и т.д., на востоке местные традиции упорядочивают Иоанн Златоуст, Василий Великий, Григорий Богослов, Кирилл Александрийский, несколько литургий этого времени по традиции связаны с именами апостолов - основателей общин, в которых они сложились (литургия ап. Иакова, литургия ап. Марка). Разумеется, закончилось все (веку к 6-7) тем, что основой богослужения стали пышные и торжественные "столичные" традиции - Римская Месса и Литургия Иоанна Златоуста, но в описываемое нами время восхитительный хаос царит даже в этой области.
Ладно, собственно текстами молитв я вас грузить не буду, а погружу тем, что написано было тогда же и теми же людьми, но относится все-таки к области "дидактической поэзии", а не "литургики".
Так вот, о Григории Богослове. Ах, когда-нибудь я напишу про него подробно, грустная судьба человеку выпала и весьма поучительная, но пока - о его творчестве. Собственно литургическим творчеством в узком смысле он тоже занимался - до сих пор Коптская церковь употребляет литургию, подписанную его именем. Прозвище "Богослов" он, как логично можно предположить, получил за свои богословские сочинения, но кроме них он писал еще и стихи. В самом современном смысле. В античных традициях и жанрах - эпитафии, эпиграммы (классическим древнем смысле - "короткая поучительная надпись", а не "стихотворный прикол"), дидактические поэмы гекзаметрами. Через пару веков христианские авторы по-гречески будут писать уже совсем по-другому, а Григорий, постигавший в молодости языческую мудрость, отучившийся в Афинской Академии пишет христианские стихи, подражая Гомеру. Ну вот кусочек, это он с астрологами полемизирует:

Ты - называющий звезды вождями рождений и жизней,
Вот что скажи мне, над этими звездами небо какое,
Звезды какие измыслишь, чтоб вечно водили ведущих?
И под звездою царей ведь рождаются многие: ритор,
Нищий, купец и надмившийся троном высоким властитель,
Добрый со злым под единой звездою ко свету выходят.
Равные звездами разный конец обретают,
Разные звездами равный конец обретают.
Море и битва равняют различия в звездах рожденья!
(Пер. Т. Сидаш)

Вот в таком аксепте. В конце жизни он написал несколько автобиографических поэм (по которым мы, собственно, и знаем о его жизни) и немеряно просто стихов христианско-дидактического содержания. У него даже была идея написать что-то вроде христианской хрестоматии для юношества - чтоб не языческих поэтов читали и не им подражали. Впрочем, такой идеей одержимы были, кажется вообще все в те времена, во времена Юлиана Отступника. "Аполлинарий-старший и Аполлинарий-младший, отец и сын, задумали для школьного преподавания создать свою литературу; для этого они, например, переложили псалмы наподобие од Пиндара, Пятикнижие Моисея изложили гексаметром, Евангелие в виде диалогов наподобие Платона и т.д. Из этой неожиданной литературы до нас ничего не дошло." (А. Васильев, "История Византийской Империи")
К сожалению, почти ничего из поэтических творений Григория Богослова на русский адекватно не переводилось. Есть куча подстрочников, по ним можно угадать, что и как он писал, но чтоб стихами… Вот гляньте еще кусочек в переводе Аверенцева:

О Превышающий все! Что ж еще тебе я промолвлю!
Как тебя слову восславить? Для слова ты несказуем.
Как тебя мысли помыслить? Для мысли ты непостижен.
Неизречен ты один, ибо ты - исток всех речений.
Неизъясним ты один, ибо ты - исток всех познаний.
Все и речью своей и безмолвьем тебя славословит.
Все и мыслью своей и безмысльем тебя почитает
Все алканья любви, все порывы душ уязывленных
Вечно стремяться к тебе…

А вот ссылки на подстрочники:
http://www.pagez.ru/lsn/0152.php
http://www.pagez.ru/lsn/0078.php

Еще один персонаж 4 века, почитаемый святым - это Ефрем Сирин. Про него я уже говорила, его молитва читается каждый день Великим Постом и именно ее перелагал Пушкин ("Отцы пустынники и жены непорочны"). Ефрем Сирин тоже писал не только молитвы, но и стихи - но уже совсем в другой традиции, в своей, сирийской. И писал, соответственно, не по-гречески, а по-сирийски, и его почти тут же начали переводить и на греческий и на латынь, и читать по всему христианскому миру (влияние его творчества прослеживают и в каких-то памятниках древневерхненемецкой поэзии и в русском народной традиции "духовных стихов").
Итак, Ефрем Сирин, четвертый век, южная граница Восточной Римской Империи.
Вот гляньте, жутенький текст из него в переводе все того же Аверинцева, "Песнь на взятие крепости Анацит":

Умерщвлены сыновья мои
И дочери мои вне оград моих,
пали стены твердынь, бежали чада их
попраны святыни их.

Хвала наказанию Твоему!

Как тает вост от лица огня,
так истаяли, увяли тела
сыновей моих от жара лучей
и от жажды в ограде твердынь.

Хвала наказанию Твоему!

Вместо источников, что текли
млеком для сыновей моих,
иссякло для младенцев млеко в сосцах,
иссякла вода для мужей и жен.

Хвала наказанию Твоему!

Как закрыла благость Твоя
жалость свою, отняв родники
у людей, из коих каждый вопил,
моля омочить язык его?

Хвала наказанию Твоему!

Словно бы в средоточие огня
ввергнуты были немощные они.
и жар жаждущих веял огнем,
попаляя утробу их.

Хвала наказанию Твоему!

Истаевали тела их,
от жара изнемогали они,
и жадущие напояли прах
гноем от тела своего.

Хвала наказанию Твоему!

И твердыня насельников своих
жаждою умервтвшая, пила
влагу, точимую трупами их,
когда от жады истаевали они.

Хвала наказанию Твоему!

И еще десяток строф в том же духе. С тем же рефреном.
Это на злобу дня: Ефрем мирно преподавал себе в Нисивине, когда Юлиан Отступник развязал войну с персами, в результате каковой войны погиб сам, Нисивин и все близлежащие территории отошли к персам, а Ефрему пришлось перебираться в Эдессу. Он тогда написал целый цикл "Нисивинских песен" в древнем сирийском жанре "мадраша" (чередование больших строф с постоянным рефреном, дидактический характер) - о войне… Потом на основе этих и других текстов Сирина Романом Сладкопевцем создан был жанр "кондака", и нынешние "каноны" (один из основных жанров богослужебной поэзии) - это отдаленные потомки все того же сирийского мадраша. Вот оно как, да? Заходишь в нормальный православный храм, привычный, со старушками, которые гоняют бесплаточных дам и учат правильно передавать свечки, с не слишком профессиональным хором - и вдруг выходит священник и читает молитву, сложенную каким-то древним сирийцем, который возможно ей и молился, когда подыхал от жажды в крепости, от которой и названия толком не осталось…
Ладно.
Надеюсь, когда-нибудь я наваяю продолжение, вот:)

ЗЫ: Отдельная и персональная благодарность Уффе за помощь в составлении лекции, и просьба к нему же - если я где облажалась и чего-то с чем перепутала, то откомментировать:).

02 Апреля 2002 (23:08:12)

Обсуждение этой лекции вы можете найти здесь:

http://book.by.ru/cgi-bin/book.cgi?book=dekanat&i=1017774492